Если вы – молоток, все окружающее превращается для вас в гвозди.

Американская пословица

Начнем анализ с достаточно сильного тезиса:

С феноменологической точки зрения сознание – это восприятие.

Под восприятием здесь понимается не только процесс получения впечатлений от перцептивного аппарата.

Можно воспринимать мысль подобно тому, как можно воспринимать ощущение или визуальный образ. В соответствии с этим, восприятие  – это способ данности чего бы то ни было сознанию.

Сознание как феноменологически фиксируемый процесс, тождественно восприятию именно в этом, расширенном смысле.

Можно (пока метафорически) представить себе сознание как программу, собирающую, интерпретирующую и перенаправляющую данные, поступающие от других программ. В таком случае способом реализации опыта иметь сознание для субъекта будет именно восприятие – непосредственное проживание получения сведений от других программ (перцептивных, аналитических и т.д.). Таким образом, кибернетическая основа процесса осознавания – программа, посредством которой сознание собирает все многообразие восприятий в каждый момент времени. Поскольку конфигурация этих восприятий может быть разной, постольку для обеспечения константности и практической эффективности сознания требуется такой паттерн сборки, который способен поддерживать свою устойчивость вне зависимости от качеств (qualia) и объема поступающих впечатлений.

Для того чтобы преодолеть неизбежно возникающую проблему перегрузки, сознание структурируется таким образом, чтобы игнорировать (не интерпретировать, «вытеснять» за пределы) весь избыточный (для целей самосохранения сознания) объем восприятий. Следует специально отметить, что данном контексте речь идет не о вытеснении как отдельно осуществляемой психоаналитической операции, а о естественно осуществляемом «незамечании».  Подобно тому, как не замечают поначалу наличие «скрытого» образа на картине Сальвадора Дали. Подобно тому, как не замечают двойного смысла в невинных на первый взгляд словах шифровки. Просто потому, что отсутствует интерпретационный механизм, который мог бы помочь распознать это.

Соответственно, то, что называется психологической индивидуальностью человека, определяется именно этим основополагающим паттерном сборки мира, названным мною Интродигмой. Его специфика (конкретные проявления) дает нам (по крайней мере, на уровне предсказания потенциальных ограничений) все многообразие типов личности.

Чем же определяется этот паттерн осознания, и каким образом можно осознать его у себя?

Чтобы ответить на этот вопрос, давайте задумаемся о том способе, посредством которого мы получаем информацию о состоянии нашего сознания.

Осознайте то, что является содержанием вашего сознания в данную секунду. Визуальное впечатление, включающее в себя находящиеся в фокусе концентрированного внимания строчки (распечатанные или видимые на экране), область периферического зрения, обычно дающая лишь самое общее впечатление о происходящем вокруг; аудиальный гештальт (скорее всего, представляющий собой недифференцированную аморфную целокупность звуков), кинестетические ощущения от тела (проприоцептивные ощущения, вибрации и прочее также условно поместим в раздел «кинестетика»), эмоции. И, наконец, то, что принято называть «мыслями».

Очевидно, что должен существовать уровень, на котором все эти разрозненные восприятия сливаются воедино – поскольку сознанию (субъекту) они предстают как целостность. Это и есть интродигматический уровень. С кибернетической точки зрения интродигма представляет собой весьма функциональный способ получения общей информации о системе организм+сознание в целом, обратной связи на общее состояние этой системы[1]. Например, когда мы ощущаем «что-то не то», перед тем, как детализировать это ощущение и приписать его, например, затекшим мышцам шеи и спины (кинестетика), перепаду давления или забывчивости относительно какого-то важного вопроса (ментальная сфера), это происходит на интродигматическом уровне.

Итак, интродигма – это способ (паттерн, программа, структура) сборки воедино всех впечатлений, ощущений и мыслей, которые достигают сознания[2].

Более того, даже при наличии осуществленной детализации какой-либо перцептивной области (сознательное обращение внимания на описанное выше ощущение), сам способ данности этой детализации сознанию будет таким же – построенным по однажды заданной интродигматической программе. Сама структура акта «схватывания» любой детализированной перцепции будет неизменной.

Как универсальный замыкающий контур сознания, интродигма предполагает также возможность обратной связи на саму себя[3]. И это порождает ряд интересных последствий.

Обусловленность изменений

Интродигма изменяется во времени? Несомненно.

Как правило, этот процесс происходит стихийно – с возрастом. Интродигма ребенка совершенно не то же самое, что интродигма взрослого. Каждый может убедиться в этом, осуществив «перепросмотр» какого-либо эпизода из детства. Например, один и тот же мультфильм воспринимается совершенно по-разному в 5 лет и в 30. Несмотря на то, что визуальная картинка одна и та же. Что же изменилось? Сам способ восприятия (обработки визуальной информации и ее концептуализации). Интродигма.

Недостатком такого (естественного) способа изменения является его неконтролируемость – вы не можете поменять такой стихийно сложившийся способ, ежесекундно скатываясь, как шарик по наклонной плоскости, к следующему состоянию. Это состояние полностью определяется программой, заложенной в самой интродигме, вытекающей из предыдущего состояния, и ни на йоту не выходит за пределы заложенной предопределенности (многие ззотерические учения называют это кармой, а процесс изменения интродигмы – «отсечением кармы», или изменением судьбы).  Конкретное содержание впечатлений не оказывает на эту предопределенность практически никакого воздействия – именно потому, что интродигма, как «ловкий наездник», обрабатывает по одному шаблону любые перцепции и мысли.  

В итоге, что бы ни происходило с субъектом, какая бы лавина впечатлений не настигала его, восприятие всего происходящего в итоге будет полностью обусловлено интродигматической структурой, не предполагающей возможности обретения доступа к чему-либо, выходящего за ее рамки, а значит и действия субъекта будут полностью предопределены ею же. Формируя способы описания мира, интродигма тем самым задает границы внутреннего мира, невероятно труднопреодолимые именно по причине их иллюзорности, «необнаружимости» изнутри, посредством ежесекундно создающего их паттерна восприятия.

Это и есть пресловутая «внутренняя тюрьма»[4].

Способы трансгрессии

Из этой ситуации видится два гипотетических выхода: изменение программы текущей интродигмы – «смещение» – и выстраивание мета-интродигмы, способной включить в себя предшествующие.

Для «смещения» интродигмы требуется разорвать тянущуюся во времени цепочку обусловленности, остановить текущий паттерн функционирования, хотя бы на мгновение «отключив» сборку мира[5]. Это даст возможность сформироваться и закрепиться другому паттерну, основанному на иных способах интерпретации. Однако опять же, результаты такой «остановки» слабопрогнозируемы.

Требуется обрести опыт проживания нескольких интродигматических паттернов для того, чтобы произвести своеобразную «триангуляцию» способов воспринимать мир, «создать» континуум, пространство возможных состояний. Это откроет возможность для творчества в контексте состояний – возможность комбинировать и изобретать новые, никогда прежде не пережитые способы собирать мир. Разумеется, с последующим выделением среди них тех, которые представляются желательными (более насыщенными, детализированными, полными, точными, эмоционально приятными, совершенными).

Однако все эти способы предполагают умение «архивировать» и «разархивировать» предыдущие интродигмы в рамках последующих.

Давайте проясним этот момент. Поскольку интродигма – это вся целокупность содержания сознания на определенный момент времени, не может быть ситуации одновременного сосуществования для субъекта двух задающих конкретный способ его восприятия интродигм. Что же в таком случае возникает в сознании, когда мы говорим об одной из предшествующих интродигм, имеем ее в виду? Например, когда описываем свой способ восприятия в далеком детстве? Возникает «заархивированный образ» этой интродигмы, воспроизводимый, разумеется всецело в рамках и средствами текущей интродигмы. Таким образом, «архивация» – это процесс запоминания, сохранения структурных особенностей восприятия. В результате архивации возникает концепт интродигмы, к которому затем можно возвращаться, рассматривать его характерные черты и модифицировать, внося изменения[6]. Обычно в бытовом языке процесс архивации описывается словами «впитать в себя, целиком запомнить это мгновение».

«Разархивация» – обратный процесс, в ходе которого концепт некоторой интродигмы становится способом реализации восприятия. Давайте задумаемся над тем, как он может быть возможен. Если возникает задача воспроизведения структуры текущего осознания по лекалам, имеющимся в образе (концепте), в таком случае ее реализация будет означать, что сам способ, которым этот концепт (образ) удерживается сознанием, должен перестроиться в соответствии с моделью, представленной в концепте.

Таким образом, для этого требуется:

1.       Осознание текущей интродигмы – умение выделять стоящую за потоком образов и мыслей структуру, по которой они собираются в гештальт.

2.       Наличие в сознании заархивированного концепта желаемой интродигмы.

3.       Последовательная детализация рассматриваемого концепта, приводящая к перестраиванию осуществляющей этот процесс интродигматической структуры.

Это приводит ко второму способу  выхода за пределы тотальной обусловленности[7], более сложному и парадоксальному: трансгрессии, предполагающей развитие аксиоматики сознания до собственного предела,  подобно гёделевскому рассуждению, порождающее «невыводимую» в рамках действующей интродигмы ситуацию восприятия. Что в свою очередь приводит к появлению построенной на принципах мета-аксиоматики интродигмы, полностью включающей в себя прежнюю,  но выходящую за ее пределы, позволяющей закрепить достигнутые результаты в самом паттерне восприятия[8]. Способ растождествления восприятия и осуществляющей его инстанции, позволяющий многократно в дальнейшем производить «интродигматический сдвиг», изменение способа «собирать мир в осмысленный гештальт».

В связи с этим вспоминается описание двух нейрофизиологических процессов, описывающих гипнотическое состояние. В одном из них наблюдается торможение большей части коры головного мозга с единственным очагом возбуждения, соответствующим восприятию гипнотических команд, а в другом – нормальное (свойственное человеку в обычном состоянии) возбуждение коры с одним доминирующим очагом гипервозбуждения. Интересно то, что сверхспособности демонстрируются клиентом именно во втором состоянии.

  А. С. Безмолитвенный © 2001-2011